• 02/26/2021

Таджикистан: секретная китайская база становится чуть менее секретной

Коронавирус ухудшает положение в Таджикистане

Коронавирус ухудшает положение в Таджикистане

Поделиться

Присутствие китайского военного форпоста в Таджикистане является секретом настолько открытым на данный момент, что даже таджикские официальные лица не прилагают особых усилий, чтобы скрыть его.

Тем временем, однако, китайские офицеры на объекте вольны препятствовать местным журналистам приближаться, задавать вопросы или фотографировать базу, существование которой официально отрицается.

Репортер Лондонской и финансируемой Саудовской Аравией телекомпании Iran International в начале этого месяца посетил отдаленный горный район Памира, граничащий с Китаем и Афганистаном, который, как известно, является местом расположения аванпоста. Ранее в репортажах Washington Post сообщалось, что комплекс включает в себя около двух десятков двухэтажных зданий и смотровых башен.

Для своего репортажа душанбинский корреспондент Iran International Анахита Додихудо побеседовала с жителями деревни, расположенной неподалеку от объекта, которые подтвердили присутствие китайского персонала. Та же самая деталь была подтверждена жителями соседнего города Мургаб, которые добавили, что китайский персонал воздерживался от покидания своего комплекса с момента вспышки пандемии коронавируса в начале этого года.

Хотя это прямо не указано в международном докладе Ирана, доступ журналистов в приграничные зоны Таджикистана практически запрещен без официального одобрения. Это означает, что доклад мог быть подготовлен только с согласия служб безопасности и военнослужащих.

Додихудо утверждает в докладе, что китайский объект был открыт в 2016 году под названием Sitod, что по-таджикски означает штаб-квартира. Она описывает аванпост как специально предназначенный для предотвращения возможного проникновения этнических уйгурских боевиков из Афганистана в Западный Китай.

Уйгурское население китайской провинции Синьцзян подверглось масштабным похоронам, в результате которых, по некоторым оценкам, до 1 миллиона человек были оторваны от своих семей в рамках программ идеологической обработки. Китайское правительство отрицает эти утверждения, настаивая на том, что лагеря, о которых идет речь, предназначены только для профессиональной подготовки.

Додихудо говорит в своем отчете, что она пыталась заснять китайскую базу, но ей помешал сделать это персонал аванпоста. Тайно снятые кадры показывают мало полезных деталей внешнего вида зданий или периметра.

Жители Мургаба, опрошенные Додихудо, заявили, что они обеспокоены китайским военным присутствием, тем более что об их деятельности так мало информации.

Когда газета Washington Post сообщила об этой базе в феврале 2019 года, официальные лица в Душанбе настаивали на том, что журналист газеты Джерри Ши перепутал таджикский пограничный пост с китайской военной базой.

Таджикская газета “Азия-Плюс” со ссылкой на источник в Службе безопасности рассказала несколько иную историю о том, что объект предназначался для таджикских пограничных войск, но финансировался Китаем.

“В начале октября 2016 года было подписано соглашение между правительствами Таджикистана и Китая о строительстве пограничных застав на таджикско-афганской границе. В рамках этих соглашений китайская сторона выделила гранты и сама же приступила к строительству трех командных пунктов, пяти форпостов пограничной службы, пяти пунктов пропуска пограничной службы и одного учебного центра на таджикско-афганской границе”, – сказал собеседник агентства.

Правительство США, между тем, уверено, что китайские военные не только присутствуют в Таджикистане, но и хотят расширить свое присутствие в стране. В докладе, опубликованном 1 сентября, Пентагон заявил, что Пекин “стремится создать более надежную инфраструктуру логистики и базирования за рубежом, чтобы позволить НОАК проецировать и поддерживать военную мощь на больших расстояниях.” Таджикистан был внесен в список одной из 12 стран, которые НОАК, вероятно, рассматривала. Китай официально имеет только одну базу за границей, в Джибути.

В прошлом году Таджикистан провел еще один раунд совместных военных учений с Вооруженными силами Китая на Памире, придавая вес подозрениям в том, что Душанбе все чаще передает свои потребности в области безопасности Пекину.

Растущая экономическая зависимость Таджикистана от Китая-это уже факт. В настоящее время она должна Пекину 1,2 миллиарда долларов, что эквивалентно 40 процентам внешнего долга страны.

Источник: https://russian.eurasianet.org/

Поделиться
Read Previous

Президент: Грузия не готова терпеть ущерб, причиненный оккупацией

Read Next

Пашинян пошел на компромисс в вопросе судебной реформы