Follow Us

  • 05/09/2021

Кыргызстан: жизнь в тени спящего китайского нефтеперерабатывающего завода

Начата работа на Ташкентском металлургическом заводе

Поделиться

Когда появился коронавирус, принадлежащий Китаю нефтеперерабатывающий завод “Джунда” в Кара-Балте остановился. И это вызывает смешанные чувства в этом северном киргизском городе.

Для тех, кто роптал на вред, который растение, как полагают, нанесло здоровью людей и урожаю, не говоря уже о зловонных сернистых испарениях, пауза стала долгожданной передышкой.

Но когда какая-нибудь компания приезжает в такое место, как Кара-Балта, город с населением 40 000 человек, расположенный в полутора часах езды от столицы Бишкека, это часто становится поводом для радости.

На самом деле, когда завод работал, на нем работало около 775 человек. Из них 500 действительно были гражданами Кыргызстана, а остальные – выходцами из Китая. Компания, владеющая нефтеперерабатывающим заводом – полное название: China Petrol Company Junda Limited – инвестировала в завод около 300 миллионов долларов.

Кыргызстан располагает пятью нефтеперерабатывающими заводами, но Джунда является самым крупным из них и перерабатывает около 800 000 тонн нефти в год. Второй по величине такой завод, Токмокский нефтеперерабатывающий завод, также принадлежащий китайской компании, способен управлять только 450 000 тонн.

Джунде не привыкать к скандалам. Например, в 2016 году компания была оштрафована за незаконную закачку углеводородного газа в атмосферу. Два года спустя именно налоговик подал жалобу, утверждая, что компания недополучила свои платежи на 200 миллионов сомов (2,9 миллиона долларов). В 2019 году Государственное антимонопольное агентство обвинило Junda в использовании своей доминирующей роли на местном рынке для необоснованного повышения цен на сжиженный газ.

Есть местные фермеры, которые занимают менее оптимистичную позицию, настаивая на том, что их посевы пострадали в результате загрязнения. Джунда, напротив, ранее настаивал на том, что нефтепереработка не оказывает заметного воздействия на почву. Власти давно знают об этих жалобах и неоднократно проводили проверки, хотя никогда не удовлетворяли местных жителей.

В дополнение к запаху сероводорода, который несет с собой фирменный запах тухлых яиц, жителей также беспокоит запах, идущий из канализации.

Вода, используемая в процессе очистки, сбрасывается в городскую канализацию. Но когда в 2018 году депутат парламента Кожобек Рыспаев организовал технический аудит, он обнаружил, что доля нефтепродуктов в сточных водах завода достигла примерно 5 процентов, что выше допустимого уровня в 3 процента.

Однако реакция Рыспаева была несколько неожиданной.

– Завод “Джунда” должен быть допущен к работе. Необходимо поддерживать предприятия и инвесторов. Вы не можете мучить инвесторов, которые построили объекты на свои собственные деньги”, – цитирует его слова Кыргызская служба Радио “Азаттык”.

В том же году Джунда снова попала под огонь за повреждение древних погребальных скакунов, которые, возможно, датируются седьмым веком до нашей эры. Государственная эколого-техническая инспекция неоднократно обращалась к предприятию с просьбой оградить территорию, на которой находятся курганы, но эта просьба до сих пор не была удовлетворена.

Джунда тоже видела некоторые трудовые споры. В 2018 году рабочие жаловались, что им не выплачивают премии за вред здоровью. Один из сотрудников, механик по имени Искендер Мамыркулов, выложил видеообращение с призывом к президенту о помощи. После этого его уволили.

Eurasianet попыталась получить комментарий непосредственно от китайской бензиновой компании Junda Limited по вопросам, поднятым в этой статье, но руководство компании заявило, что политика компании заключается в том, чтобы не говорить с прессой.

Однако глава профсоюза “Джунда” Ержан Абдулали уулу в беседе с Eurasianet отрицал наличие каких-либо существенных разногласий между руководством и персоналом. Другие сотрудники, с которыми связался Eurasianet, повторили замечания Абдулали уулу, хотя они тоже отказались распространяться о своих мыслях, даже на условиях анонимности.

“Сначала на заводе были некоторые финансовые трудности. Это было в конце января. Было общее собрание, и нам обо всем рассказали. С февраля около 170 человек продолжали работать, но с марта все ушли с завода”, – сказал Абдулали уулу.

Ожидается, что завод возобновит работу не раньше следующего года.


Источник: Eurasianet

Поделиться

Special correspondent

Read Previous

Узбекистан: ПРООН поставляет аппараты ИВЛ для лечения пациентов с COVID-19

Read Next

Кыргызстан: законодатели одобряют отсрочку выборов и конституционную реформу

Подписаться
Уведомить о
guest
0 Comments
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x